Я не пойду к психологу! Потому что то, что со мной, хочу рассказывать тому, кому не всё равно. А психологу всё равно, мы с ним незнакомые люди. Зачем мне нести свою боль незнакомому человеку?! Давай я с тобой поговорю, про тебя я знаю, тебе не все равно, что со мной.
Это мне много раз говорила моя подруга. А на днях так ей сказала ее подруга. Мы это серьезно обсуждали после. Хочу поделиться, какая мысль оформилась в той беседе.
Возьмём котиков (люблю объяснять на котиках).
Иногда мы берём под свою опеку котёнка или взрослого кота достаточно внезапно. Вот ещё сегодня утром в моей жизни не было никаких котов и никаких планов на них. А потом происходит какое-то, и бац! принято решение, иногда иррациональное и бессознательное, и с этого момента это мой кот.
Тут может быть умиление и жалость, а можно и без малейшего мимими и без единой сопли просто начать заботиться, лечить, кормить, адаптировать и т.п. И котик может быть этому рад, быть ласков и дружелюбен. А может шугаться, прятаться под диван, злобно рыча, гадить где ни попадя и сбрасывать горшки с цветами. Что делает задачу его выращивания, лечения и адаптации труднее, и я могу злиться и жаловаться, но что поделать. Это же мой кот!
Приблизительно так же, извините, но прям похоже, устроен мой контакт с клиентами (блин, мне не нравится это слово!) в психотерапии.
Когда человек ко мне приходит (слава Богу, в отличие от котиков, это редко бывает совсем уж внезапно), я его беру в свои. У меня отрастает такая специальная зона ответственности за него, внимания к нему. Это профессиональная ответственность и профессиональное же внимание, что важно, чтоб не спутать нашу совместную работу с дружбой или любовью. При этом в моей профессии я обучена так, что она не отменяет моей человечности, искренности и вовлечённости.
И таки да, я в курсе, что так не во всех подходах и не у всех специалистов. Мне повезло, что в моем кругу, у моих любимых коллег - так же. То есть это не везение в чистом виде, а я искала такое профессиональное сообщество и нашла. И очень этим дорожу.
Котик, в обычном хорошем случае, откормится, вылечится, адаптируется, привыкнет ко мне и мы будем вместе, пока нас не разлучит подкрадывающийся незаметно.
А клиент в обычном хорошем случае вылечится, адаптируется и уйдет жить свою жизнь без меня. Если у меня получится помочь очень быстро - он(а) даже может не заметить, с чего всё так изменилось, что к психологу идти больше незачем. И исчезнет, не попрощавшись. Или, в обычном случае, скажет спасибо, большое спасибо! и мы тоже больше не увидимся.
В идеальном случае, который бывает не слишком часто, мы подробно сверимся и убедимся, что действительно, вместе больше делать нечего, теперь задачи и интерес человека в другом месте, где я совсем ни к чему. Уже взято всё из наших отношений, всё, что нужно.
А дальше я сама, на профессиональных навыках, или с помощью супервизии либо личной терапии буду что-то делать с тем, что больше мы никогда не встретимся с человеком, который мне не безразличен. Я даже, скорее всего, не узнаю "как дела" у него. Это, кстати, тот момент, за который клиент платит деньги, не зная об этом. Потому что для того, чтоб у него был хороший долгосрочный результат прохождения тяжёлого кризиса, мне нужно стать очень небезразличной. Мне важно, как у него дела, где у него болит, делается ли легче от того, что мы делаем вместе и что он делает между сессиями.
При этом клиенты, в отличие от котиков, в значительно большей степени гуляют сами по себе. Обычно не моя забота, что им есть и где спать (если это не часть запроса). Это каждый раз их решение, приходить ли ко мне - дверь не заперта, вход-выход свободный. Они могут не париться общением со мной более часа в неделю, максимум двух. Они могут мне не мурлыкать ни секунды, потому что моя работа оплачена, я работаю на них.
И да, бывает сложно довериться незнакомой мне, и люди фигурально "царапаются" и "прячутся под диваном". В тяжёлых случаях "гадят в тапки", тьфу-тьфу, не про нас будь сказано. Но пока человек приходит, его доверия достаточно, чтоб он оставался моим.
И мне было не всё равно.
Юлия Нозик, 2026 г.
